101. Кодекс проектировщика

В этом выпуске рассылки Проектората: о тексте в прототипе, проектировщике в рамках продюсерского подхода, методологии User Story Mapping, доступности цветового контраста, ленинградском дизайне, бессмысленности отзума в приложении «Яндекс Драйва».

Текст в прототипе

Опубликовал мысли о тексте в прототипе — два выпуска уже завершённой платной рассылки:

  1. Когда проектировщик должен писать текст;
  2. О стиле общения, подходе к созданию формулировок для сайта.

Кодекс проектировщика

Вадим Митякин написал о проектировщике в рамках продюсерского подхода к созданию цифровых продуктов.

Задача проектировщика — найти наилучший способ организации системы с учётом технических возможностей и ограничений и того, как соединяются бизнес-требования с пользовательским опытом.

Проектирование — моделирование будущего продукта, работа с гипотезами о реализации тех или иных его частей.

Нет универсального навыка проектировать любые системы на любых технологиях для любых отраслей. За проектировщиком стоят:

  • Реальный опыт создания систем, когда у него была возможность проверить разные гипотезы и узнать, как может вести себя система в реальной рабочей среде;
  • Системный подход — поиск и своеобразные вычисления, за которыми стоят и прототипирование и способность смотреть на задачу с разных точек зрения.

Проектировщик — человек, имеющий привычку принимать решения. И имеющий достаточно смелости для этого.

Как состояться в профессии:

  1. Насмотренность — знакомство с разными областями знаний;
  2. Исследования — освоение выбранной области знаний;
  3. Мастерство — использование своих знаний и создание новых областей знаний.

Продвинутые проектировщики с помощью исследований целенаправленно расширяют свой профессиональный актив. Они ищут решения интересных задач, которые могут пригодится в будущих проектах. Так насмотренность конвертируется в интеллектуальный актив, с помощью которого можно перейти от ресурсной бизнес-модели к модели знаний.

Исследования должны находиться за пределами других этапов проекта. Иначе вся присущая им неопределённость смешается с более предсказуемыми частями проектного процесса и породит в хаос.

User Story Mapping

Андрей Шапиро написал серию статей о методологии сбора требований и планирования релизов программного продукта User Story Mapping.

Часть 1. Пользовательская история:

Карта историй создаётся для нового продукта или когда существующий продукт надо частично или полностью переделать, и требуется описать объём имеющейся функциональности.

На входе метода: гипотезы состава стейкхолдеров, их интересов и основных планируемых эффектов ближайшего релиза. Хорошо, если есть картирование процессов в форматах Customer Journey Map или Service Blueprint.

На выходе: набор задач на проектирование и разработку, привязанных к пользовательским историям.

Методика предлагает фиксировать требования в виде двухмерной карты, где карточки с пользовательскими историями располагаются в хронологическом порядке, а соответствующие им задачи расположены под ними по мере роста глубины проработки.

Любая пользовательская истории записывается для действующего лица: персоны или функциональной роли в системе. Близкая методика Use Cases лишена эмпатии к человеку, для которого создаётся программа.

Важно:

  • Чтобы в истории было и действие, и его ценность для действующего лица;
  • Не фиксировать определённый образ достижения полезного действия, чтобы не мыслить готовыми решениями. Избегайте названий интерфейсных элементов и паттернов.

Часть 2. Алгоритм проведения и рекомендации для ведущего.

Часть 3. Чистка историй от ложных требований. Критика метода.

Доступность цветового контраста

Редактор UX Movement Энтони написал о цветовом контрасте и доступности интерфейса по стандартам WCAG.

  1. Требования WCAG не всегда оптимальны. Алгоритм оценки контраста занижает её для белого текста на ярком фоне (синем или оранжевом), хотя читать его легче чёрного текста;
  2. Контраст текста не обязательно тянуть на уровень 7:1. Это полезно, если большая часть вашей аудитории — люди старше 70 лет с потерей зрения 20/80. Для определённого контента достижение уровня 7:1 невозможно вовсе;
  3. Так как текст надо читать, его стандарты контрастности выше, чем у других компонентов интерфейса. У текста 4,5:1 против 3:1 у иконок;
  4. Если у иконки есть доступная подпись (контраст 4,5:1), контраст самой иконки не важен. Также не важен цвет кнопки, если находящийся на кнопке текст доступен. Требование контрастности не распространяется на неактивные компоненты (например, отключённые кнопки);
  5. Дальтоники нормально воспринимают различные уровни цветового контраста. Если для разграничения состояний использовать только контраст, вероятно, эти состояния будут им доступны;
  6. Требование «цвет не должен использоваться в качестве единственного визуального средства передачи информации, обозначения действия или различия элемента» справедливо, когда разным цветам назначены конкретные значения для информирования пользователя. Если для информирования использовать светлоту и темноту с хорошей разницей в контрасте, дополнительный сигнал не нужен;
  7. Даже если все требования доступности соблюдены, части пользователей интерфейс всё равно будет неудобен. Для них есть вспомогательные технологии с высококонтрастными режимами.

Техническая эстетика. Ленинград

2-й фильм из серии «Техническая эстетика» о ленинградском дизайне.

Выходцы из академии Штиглица (Мухинского училища) и их проекты:

  • Игорь Серебреников: атомный ледокол «Ленин» (внешний вид и внутренности вроде рубки «Дюна-1»), научно-исследовательские суда «Изумруд», «Академик Крылов», «Михаил Сомов», большой десантный корабль;
  • Валентин Кобылинский: карьерный самосвал БелАЗ-540, первый прототип УАЗа «Буханки»;
  • Константин Кудрявцев: ЗИС-111 «Москва»;
  • Николай Васильев: Кировский завод.

«При создании ледокола „Ленин“ потребовалось несколько лет для того, чтобы огромное количество специалистов, которые работали в конструкторских бюро и на заводах, научить более-менее правильно думать. Никто из них не заканчивал Мухинское училище. Надо было приехать и за 2 недели научить человека дизайну в принципе. Таких было по меньшей мере 20 предприятий», — директор ленинградского ВНИИТЭ Алексей Печкин.

  • Мастерская Ленпроекта под руководством Иосифа Вакса: трамвай ЛМ-57 «Стиляга»;
  • Александр Веснин: теплоход проект-301 «Владимир Ильич»;
  • Олег Фролов: теплоход «Метеор»;
  • Валерий Тимошенко для ПО «Равенство»: удлинитель-разветвитель, радиоприёмник «Невский».

«Пластмасса была некачественная. Приёмник состоял из двух половинок корпуса, состыковать их было очень сложно. Поэтому на одной половинке я сделал насечку, которая примыкает к другой половинке, и щели не видно», — Валерий Тимошенко о приёмнике.

ВНИИТЭ:

  • Татьяна Самойлова: электробритва Strig, бритва «Харкiв» модели 6601 и 7101, концепты наручных часов;
  • Евгений Монгайт: жеребьёвочный комплекс Олимпиады-80;
  • Н. Белков: пиктограммы Олимпиады-80.

Космическая дизайн-программа СССР:

  • Николай Якуничев: слесарно-монтажный инструмент, экзокомбайн;
  • Борис Малык: комплект слесарно-монтажных инструментов;
  • Виктория Стрельцова и Н. Шахова: рабочие места операторов наземных служб.

«Нам надо было проанализировать работу операторов: что они делают за пультом, когда могут отойти и так далее. Это вылилось в очень интересную ситуацию. Поскольку нас в центр управления не пускали, операторы приходили к нам, и мы вытягивали из них информацию. Мы просматривали их медицинские карты и видели, что у них были проблемы с желудком, опорно-двигательным аппаратом», — Виктория Стрельцова.

«Зачем» при отзуме на картах

При отзуме на картах в «Яндекс Драйве» появляется «Зачем».

Нашёл Михаил Озорнин

(Самая популярная ссылка в этой подборке, если судить по количеству лайков в UX Notes ВКонтакте.)

Рассылка Проектората × UX Notes

Технологии цифрового маркетинга — книга, где я был соавтором (параграф про создание сайта) и литературным редактором (привёл текст к единой стилистике и упростил формулировки). От 250 рублей.